Саратовская промышленность переживает управленческий упадок?

Промышленность в России сегодня испытывает острый кадровый дефицит.

Предприятиям не хватает не только инженеров и квалифицированных рабочих, но становится меньше и управленцев, способных брать на себя ответственность за развитие производств. В Саратовской области эта проблема особенно заметна. Часть предприятий переживает непростые времена, например, «Волгодизельмаш». «Нефтемаш-Сапкон» уже несколько лет фактически простаивает, а действующим заводам в регионе требуется около 3,5 тыс. сотрудников.

На федеральном уровне кадровый вопрос также признан одной из ключевых задач. Первый вице-премьер Денис Мантуров заявил, что к 2032 году промышленности потребуется привлечь свыше 1,5 млн новых работников.

В Саратовской области эта ситуация осложняется дефицитом сильных руководителей, готовых запускать новые проекты, привлекать инвестиции и выполнять государственные заказы. Причина не только в высокой ответственности, но и в растущих рисках уголовного преследования. В последние годы сразу несколько известных саратовских топ-менеджеров оказались на скамье подсудимых, а вынесенные им приговоры вызвали широкий общественный резонанс.

Одним из самых громких стало дело бывшего генерального директора АО «КБПА» и НПЦ «Алмаз-Фазотрон» Максима Шихалова. В июне Кировский районный суд назначил ему шесть лет колонии общего режима по делу об аренде дизель-генераторной установки и служебного автомобиля. Защита, представители предприятия и ряд участников процесса утверждали, что решения принимались для обеспечения бесперебойной работы завода и не причинили предприятию ущерба. Тем не менее суд признал Шихалова и его первого заместителя Владимира Пожарова виновными в растрате. Сейчас защита добивается полного оправдания, а прокуратура, наоборот, требует ужесточить наказание.

Не меньше внимания привлекло дело бывшего генерального директора Завода автономных источников тока Виктора Кляузера. В 2025 году он получил восемь лет колонии по обвинению в растрате, злоупотреблении полномочиями и покушении на растрату. Сам Кляузер свою вину отрицал. В его поддержку выступили коллеги, представители профессионального сообщества из России, Казахстана и Кыргызстана. Несмотря на широкий общественный резонанс, апелляционная инстанция сократила срок наказания лишь на один год.

Еще один пример - дело бывшего руководителя филиала ПАО «Газпром газораспределение Саратовская область» Сергея Лисовского-младшего. Следствие посчитало, что через посредника он получил 320 тыс. рублей за подключение коммерческого объекта к газораспределительным сетям. Сам Лисовский и его адвокаты утверждали, что все денежные средства были официально внесены через кассу предприятия. Примечательно, что Первый кассационный суд признал приговор незаконным из-за процессуальных нарушений, однако после повторного рассмотрения Саратовский областной суд вновь назначил Лисовскому семь лет и один месяц колонии строгого режима.

Безусловно, каждое уголовное дело имеет собственные обстоятельства, а окончательную оценку действиям обвиняемых дают исключительно суды. Однако объединяет эти истории одно: предметом уголовного преследования становятся управленческие решения, принимавшиеся в сложных производственных условиях.

Сегодня директор крупного предприятия вынужден думать не только о развитии производства, модернизации оборудования или выполнении государственных контрактов, но и о том, как любое принятое решение может быть оценено спустя годы. В такой ситуации все меньше специалистов готовы брать на себя ответственность за руководство стратегически важными предприятиями.

Если подобная тенденция сохранится, регион рискует столкнуться с еще более серьезным кадровым кризисом в промышленности. И тогда новые производственные площадки будут появляться значительно медленнее, чем уголовные дела в отношении тех, кто еще недавно руководил крупнейшими предприятиями области.