aif.ru counter
46

Приключения военного летчика. И в огне не сгорел, и плен пережил

Попов / Из архива

Остался один из эскадрильи

«Мой брат Александр Попов родился в 1921 году в бедной семье, - начинает рассказ Владимир Попов. - Воспитывался, когда в семье уже было пять братьев».

В восемь лет Александр пошел в школу. Закончил в 1940-м, пропустив один год по болезни. Владимир Попов отмечает, что брат с детства очень много читал. Книги брал у деда, церковного старосты. Особенно Александра вдохновили подвиги Чкалова, Байдукова, Белякова, Ляпидевского. И он загорелся небом. Незадолго до окончания школы ему попалось объявление в газете о наборе десятиклассников в Сталинградское высшее училище летчиков. Он собрал документы и отправился с другом поступать.

Отбор был очень строгий, особое внимание уделялось физической подготовке. Экзамены сдал на «четыре» и «пять», а вот рост подкачал - 156 сантиметров, критический для поступления. Однако решением мандатной комиссии Александр всё-таки был зачислен.

«В октябре 1940 года брат принял присягу, - продолжает Владимир. - При начале бомбежек их эскадрилью вместе с учебными самолетами отправили в Кустанай Казахской ССР. Через полтора месяца выпустили из училища в звании сержанта».

Александр получил назначение в Саратовский военный округ, зачислен в 13-ю запасную бригаду 13-го запасного истребительного авиационного полка и был направлен на Сталинградский фронт. С апреля 1943-го воевал на Брянском.

На Курской дуге летчики совершали по пять-семь вылетов в день. Прикрывали бомбардировщиков. После каждого вылета один-два, а то и шесть летчиков не возвращались с задания.

«После бомбежки неприятеля прибыли на свой аэродром, а брата взяли в «клещи» два «Мессершмитта», - отмечает Владимир. - Его самолет подбили, и он выпрыгнул из него с парашютом. Попал под обстрел. Когда приземлился, почувствовал, что перчатки с рук слезают вместе с кожей, комбинезон - гармошка, лицо горит, сапоги в клочках. Этот бой видели с земли. Доставили в лазарет».

Александра хотели отправить в госпиталь, но он категорически отказался, и его положили в полковой лазарет. Возле него постоянно находилась 17-летняя фельдшер, будущая жена: поила, кормила, делала перевязки. И через месяц летчик был в строю. Из эскадрильи в живых он остался один.

Последний полёт

Командир полка Кукушкин взял Александра с собой на переформирование. После Курской битвы полк направили на Второй Прибалтийский фронт. Враг всё еще был силен. Александра, как уже опытного летчика, направляют в Казань на подготовку молодого пополнения.

Но 3 ноября 1943 года он решил в последний раз вылететь со своими товарищами. После сопровождения самолетов Ил начали перестраиваться в боевой порядок. Погода неважная. Из облачности вынырнули четыре немецких самолета, и завязался бой. В самолет Александра попал снаряд.

Сработал инстинкт - он выбросился из кабины, приземлился на левую ногу… Он попал в плен. Когда пришел в сознание, был в гипсе. Правую ногу не чувствовал. Зашел француз и начал объяснять: лучше притворяться, что без сознания.

Летчика погрузили в машину, которая отвезла его на станцию, а затем - в вагон. По пути состав разбомбили партизаны. Вагон, в котором ехал Александр, остался на рельсах. Он оказался под Елгавой (Литва), где пролежал 53 дня. Его лечили врачи из военнопленных. Сделал деревяшку на правую ногу, отрезанную ниже колена. И его отправили в лагерь военнопленных под Ригу. Фермерам нужны были работники, и они брали к себе калек. В сельском хозяйстве летчик ничего не смыслил, поэтому его перевели на колку дров и уборку помещений для скота, а потом Александр возил на завод молоко.

«С востока наступала Красная армия, и брат решил перей­ти линию фронта, - отмечает собеседник. - Упросил хозяина вместе с работниками отвезти зерно через реку на заготовительный пункт - латышский язык знал уже сносно. А наши войска сделали прорыв, но сил не хватило, и встали, немцы закрепились на реке. Пошла облава на тех, кто сбежал из лагерей. И под эту «лавочку» попал брат - сначала в комендатуру, а потом в лагерь. Охрана зверствовала, пошли расстрелы. Каким-то чудом брат остался в живых».

Пленных отвезли в порт, затем погрузили на пароход. Через четыре дня выгрузили в Дании на сушу, обнесенную проволокой. Грязный, оборванный, одетый непонятно во что, Александр взял два котелка и попросил разрешения сходить за водой. Охранник отпустил, а он нашел колодец, напился, но обратно в лагерь не вернулся.

Не только номер

«Матери во всем мире матери, - рассуждает Владимир. - Посмотрели на оборвыша без ноги, накормили, дали продуктов на дорогу и показали куда идти».

Александр подошел к эшелону, залез в тюки с сеном, и вскоре поезд поехал, а куда - он и сам не знал. Штурманская подготовка подсказала, что поезд идет на юг. На одной из остановок у какого-то строения решил слезть. Когда поезд уехал, вылез из трубы и пошел вдоль строения. Его окликнул старик. Им оказался русский белый генерал Белов. Он укрывал летчика двадцать дней, а потом посоветовал идти в Швейцарию: там Красный Крест, и немцам военнопленных не выдают.

По пути Александр встретился с бежавшим из Италии советским капитаном и вместе с ним пошел на восток. Но нарвались на засаду, напарника ранили в ноги. Стрелявшие подошли к ним и поняли, что эти калеки никуда не денутся, принесли носилки. Беглецов погрузили в машину и привезли в тюрьму. Холеные немцы устроили допрос. Много смеялись и удивлялись: «Как это безногий мог пол-Германии пройти?». Отправили Александра на двадцать дней в карцер. Затем был лагерь Шталаг IV вблизи города Мюльберга, с колючей проволокой под током, усиленной охраной.

«Брат говорил: «Плен страшен тем, что в нем всё направлено на подавление воли, чтобы путем голода и холода превратить человека в животное. Ты не человек, а лагерный номер без имени и фамилии. Немцы могли пристрелить просто потехи ради», - передает слова летчика Владимир Попов.

В лагерь приезжали вербовщики из РОА Власова и агитировали пленных вступить в их армию, но находили мертвыми тех, кто соглашался сотрудничать. Были случаи драк с английскими военнопленными, которые из-за котелка баланды готовы были оскорблять вождя, говоря: «Сталин шайзе». В ответ советские пленные брали котелок и обливали с ног до головы. Югославы разнимали.

Мирная жизнь

В начале апреля 1945 года группа советских танков прорвалась к лагерю и освободила пленных. Была образована комендатура. Александра как офицера назначили руководить столовой. Началась репатриация угнанных советских граждан на родину. Своей очереди дождался и Александр. Опять попал в лагерь усиленного режима. Теперь уже советский. После тщательной проверки отправили домой.

Плен дал о себе знать: вскрылись раны, замучили фурункулы. После выздоровления устроился на работу в нарсуд, четыре года проучился в юридической школе Куйбышева. Спустя шесть лет нашел свою фронтовую жену Клавдию вместе с дочерью.

Из нарсуда летчика уволили как бывшего военнопленного, что в те времена считалось пятном в биографии. Тогда он устроился в строительную организацию, закончил техникум.

С Клавой они вырастили двух дочерей, которые стали врачами высшей категории.

Их внук поступил в летное училище гражданской авиации. Сейчас он командир «Боинга -737».

Из архива полка следует, что Александр Попов сделал 87 боевых вылетов, сбил два вражеских самолета. Он награжден орденами Отечественной войны I, II степени, медалью «За отвагу».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах